"Можно я об тебя стресс порегулирую?" - примеры корегуляции

(Эту статью можно прослушать на ютубе / на дзене.)

Я шла по пляжу в Дахабе, и две бедуинские девочки лет по 10 вдруг попросились пройти вместе мимо собаки. Большая мохнатая собака сидела на высоком крыльце огромного дома впереди. Конечно, говорю, пройдем вместе. 

Пока шли мимо дома, я говорила девочкам, что дахабские уличные собаки и сами любят идти рядом со знакомыми людьми мимо других страшных собак. Девочки этого не слушали. Все внимание их было сосредоточено на собаке. Они все больше напрягались, сжимались и сутулились. Одна все ближе подходила ко мне, потом схватила под руку, а другая схватила под руку ее и прижалась поближе. 

Когда поравнялись с собакой, ближняя девочка запричитала на арабском и вцепилась в меня покрепче, взглянув как бы с извинением. Через несколько шагов они расслабились, отцепились и поблагодарили. 

Я помогла девочкам пройти мимо большой собаки. Мое присутствие — моя рука, мое сердцебиение и дыхание, мое лицо — на полном серьезе помогали им переживать стресс. Помогали регулировать свое состояние, чтобы, не смотря на ужасный страх, пойти вперед. 

Когда все твое маленькое человеческое существо вопит «не ходи туда!», и страх парализует, делать шаги в ту сторону, где видишь опасность, чудовищно трудно. Сердце колотится, дыхание сбивается, все напрягается, сковывая движение — ощущения очень неприятные. Чтобы регулировать такое состояние и, преодолевая его, идти туда, девочкам понадобилась помощь. И они все правильно сделали. 

Действительно, нервная система человека может регулироваться с помощью нервной системы другого человека. Это корегуляция или со-регуляция, процесс, при котором две или более нервных систем взаимно влияют друг на друга, помогая управлять своим состоянием. 

У нашей нервной системы есть естественная способность и потребность взаимодействовать с нервной системой других для достижения чувства безопасности. Мы не просто можем регулироваться с помощью другого человека, но и нуждаемся в помощи других для саморегуляции. Особенно в детстве. 

Со-регуляция необходима для развития способности к саморегуляции. Мы растем и учимся влиять на свое состояние через близкого взрослого. Постепенно развиваем способность регулировать стресс самостоятельно, интегрируя опыт успокоения с помощью другого человека. Еще поэтому девочки правильно сделали: прекрасный шаг на пути развития саморегуляции — попросить о помощи и использовать мое состояние спокойствия перед лицом собаки для успокоения своей нервной системы. 

С точки зрения Поливагальной теории, со-регуляция — это не только психологический процесс, а биологически встроенная способность и потребность в поиске сигналов безопасности от других людей. Поливагальная теория Стивена Порджеса заостряет внимание на роли блуждающего нерва в том, как мы посылаем и принимаем сигналы безопасности посредством интонации голоса, мимики, наклона головы. 

Блуждающий нерв составляет большую часть парасимпатической ветви автономной нервной системы. Его активность обеспечивает замедление сердцебиения и переход организма в состояние релаксации, в котором активируются восстановительные процессы. В совместном дейтсвии с другими черепными нервами, блуждающий нерв участвует в системе социального взаимодействия, которая помогает нам расслабиться и почувствовать себя в безопасности, когда мы видим миролюбивое лицо и слышим дружелюбные интонации. 

Это знание о со-регуляции повлияло на психотерапию. Психотерапевт — не «чистый лист» или просто эмпатичный слушатель, а активный биологический участник отношений. Он сознательно использует свой голос, мимику, ритм дыхания, чтобы помогать клиенту регулироваться. Теперь обращают больше внимания на телесную составляющую эмоциональных переживаний и социальных взаимодействий. И, главное, теперь признается большое терапевтическое значение самого состояния безопасности — для тела и психики, чтобы восстанавливаться, нужен опыт безопасности. 

Знание о со-регуляции проясняет наши представления о том, как лучше создавать условия для развития саморегуляции и эффективного обучения детей. Миролюбивое лицо взрослого, объятия с близкими, даже просто присутствие взрослого, который видит ребенка, обращает на него внимание, — это помогает детям чувствовать себя в безопасности. В таком состоянии нервная система ребенка работает в спокойном, «штатном» режиме. В нем легче управлять своим поведением и учиться. 

Для того, чтобы помогать кому-то регулировать стресс, нет необходимости обнимать его или брать за руку. Нет необходимости улыбаться или ласково ворковать. О регулирующем влиянии простого присутствия у меня есть еще одно дахабское воспоминание. 

Встретила я на ярмарке подружку и ее семилетнюю дочку Софию. Они ссорились. Подруга сказала, что ссорятся они весь день, и бесят друг друга с утра. Попросила меня побыть с Соней полчасика, потому что сама она уже не выдерживает. У меня настроение было прекрасное, с Соней мы хорошо дружили, и, конечно, я с радостью согласилась. Мы пошли с ней сесть на шезлонг с видом на море. 

София села на самый край шезлонга. Я хотела-было приобнять Соню, тронула ее за плечо, но она дернула им раздраженно. Ей не хотелось, чтобы ее трогали, и даже разговаривали. Так что , а я расположилась позади, откинувшись на спинку шезлонга ,  и глядела на ее красивую шарообразную шевелюру из мельчайших кудряшек на фоне синего моря. Соня сидела стройно и как бы решительно — ясно было, человек прекрасен в своем гневе. Так что смотреть на нее минут десять было нескучно. Иногда я тихонько переговаривалась со знакомыми. 

Потом Соня чуть опустила плечи и округлила спину, потихоньку придвинулась назад и откинулась на спинку шезлонга. Я уступила немножко места, чтобы быть рядом, но не прикасаться к ней. Еще пару минут Соня повалялась так, разглядывая даль и прислушиваясь к нашей болтовне с соседями, а потом вдруг положила свою руку на мою и так осталась. 

Этому ребенку в стрессе и раздражении не нужны были ни дружелюбные выражения лица, ни ласковый тон, ни прикосновение. Все это наоборот ее бесило, то есть было неуместным. Ей нужно было присутствие спокойного взрослого, создающего чувство безопасности, чтобы она могла побыть рядом в уединении. 

Причем именно важно было, чтобы я в это время была спокойна и легко саморегулировалась. Мама, которая сама была в стрессе с самого утра, раздражала Софию еще сильнее. Влияние на Сонино состояние оказало и мое медленное дыхание, и спокойное сердцебиение — физиологические параметры, характерные для состояния безопасности и спокойствия. 

Так же и девочкам, которые попросили вместе пройти мимо собаки, понадобилось мое спокойное состояние. Для со-регуляции нужен биологически честный сигнал. Если бы я имитировала спокойствие, а сама боялась собаку, девочки бы это почувствовали. Нервную систему трудно обмануть словами или дежурной улыбкой — она распознает исходящие от другой нервной системы сигналы безопасности или угрозы. 

Этот процесс в Поливагальной теории называется нейроцепцией. Посредством нейроцепции наша автономная нервная система оценивает окружающую среду, состояние других людей и наши ощущения на предмет безопасности или угрозы, не задействуя сознательное мышление. 

Люди часто используют не только других людей для регуляции своего состояния. Чтобы навести состояние безопасности, мы можем использовать голос в наушниках, домашних животных, предметы, например, тяжелое одеяло как имитацию крепких объятий. Мы можем наделить что-то свойством талисмана и сжимать его в руке, когда нужна помощь в саморегуляции. Можем даже использовать воображаемую фигуру защитника для внутренней опоры. Это переходный этап от со-регуляции к саморегуляции. 

Дети часто используют игрушку, которая становится так называемым переходным объектом. Недавно интернет покорил маленький японский макак Панч, который полюбил таскаться с большой плюшевой обезьяной после того, как его при рождении отвергла мама. 

Здесь я говорю фразу «люди используют других людей для регуляции» в нейтральном и даже скорее положительном контексте. Помните, вначале я упомянула, что девочки использовали меня, чтобы пройти мимо собаки, с моего согласия? Вообще-то люди могут злоупотреблять этой системой. К примеру, можем без согласия другого подолгу жаловаться на свои проблемы или самочувствие в совсем неподходящие моменты. Можем напрашиваться на комплименты и восхищение, чтобы унять свою тревогу, или намеренно создавать у кого-то чувство угрозы, чтобы выступить спасителем и непревзойденным лидером. Есть много вариантов. Я еще разовью эту тему в своих будущих материалах. Она очень меня интересует.